Galvenie
05.09.2014
Скромное очарование социализма.
Скромное очарование социализма

Наталья СЕВИДОВА
05.09.2014
Вести сегодня


Молодёжь изучает Маркса и готовится к классовой борьбе

В августе 2014 года я сижу на собрании… кружка рабочей молодежи, изучающей труды Маркса. Занятия проходят каждый воскресный вечер в одном из рижских офисов.

Сегодняшняя тема — прибавочная и относительная стоимость, механизм создания прибыли капиталистов за счет эксплуатации труда наемных работников. Преподаватель — учитель математики. Излагает доступно, рисует простые схемы на доске, а слушатели подкрепляют теорию примерами из собственного опыта. Все они простые работяги, вкалывают по 10–12 часов, хотя все имеют высшее или незаконченное высшее образование.

Великие социальные потрясения ХХ века начинались, если кто помнит школьные уроки истории, с малочисленных рабочих кружков, в которых представители пролетариата усердно изучали труды Маркса. Кружки переросли в революционное движение, под напором которого в итоге рухнула Российская империя. А на ее месте образовались могучий СССР и восточноевропейский блок, которые спустя 70 лет тоже ушли в небытие.

Но как говорит Экклезиаст: что было, то и будет, что делалось, то и будет делаться, и ничего нового под солнцем.

И вот пока их сверстники расслабляются с пивком у телевизора, тусуются на вечеринках, сидят в социальных сетях, эти чудаки уже в XXI веке штудируют политэкономию, работы Маркса, Энгельса, Ленина. Зачем?

Никита, инженер–судомеханик:

— Я не хочу жить в обществе, где человек человеку волк. Если у меня, предположим, есть хороший велосипед, а друзья не могут такой купить, то меня это не радует. Я не могу наслаждаться благами, зная, что другие не могут их разделить со мной. Это первый момент. А второй: я не хочу жить, все время оглядываясь, как бы у меня этот велосипед не украл кто–то, не хочу везде ходить с цепями и замками…

— Ты полагаешь, что при социализме велосипеды воровать не будут?

— Если поставить цель обеспечить всех велосипедами, квартирами, то общество будет на эту задачу работать.

— А как быть с лодырями и пьяницами? Всех будем обеспечивать велосипедами и квартирами?

— Если создать достойные условия для народа, то количество пьяниц и наркоманов будет стремиться к нулю.

Государство должно обеспечить пакет социальных гарантий для всех — бесплатная медицина, бесплатное хорошее образование. На более высоких ступенях развития — бесплатное жилье. А сегодня, глядя, как живут богатые, человек понимает, что ему ничего не светит, опускает руки и начинает деградировать. Так растет слой люмпенов, криминала, наркоманов, от которых в итоге пострадает все общество.

Марк, студент, менеджер по продажам:

— Я недавно вступил в это сообщество. Потому что не хочу превратиться в обывателя. Мой круг — это молодежь, которая совершенно не интересуется тем, что происходит в стране, в мире. А я пытаюсь вырваться из этого болота, занимаюсь самообразованием и хочу других в это вовлечь.

— А почему вы предпочли такое неформальное обучение профессиональным курсам, учебе в университете?

— Это путь, который не требует никаких затрат. Образование у нас сегодня — это бизнес. Но качество знаний, которые дают в вузах, меня не устраивает. Там не обучают тому, что я узнаю на этих занятиях.

— А вы со сверстниками пытаетесь говорить о своих убеждениях?

— Пытался, но они не хотят слушать. Их интересуют только развлечения и зрелища.

— А вы не задумывались о том, что марксистская теория в ее практическом воплощении заканчивается насилием и подавлением свободы?

— Нет, она ведет к возрождению общества и его оздоровлению.

— Через гражданскую войну и террор?

Алексей:

— Советская власть пришла бескровно, а Белую гвардию создал Корнилов и бросил ее на большевиков, а потом советскую Россию пришли уничтожать 14 западных государств. И гражданская война шла не столько против недобитых белогвардейцев, сколько против западных империалистических стран. Черчилль прямо говорил: это не Антанта воевала за интересы русских белогвардейцев, это они воевали за наши интересы.

Марк:

— А что, на капитализме мало крови? Югославия, Сирия, Ливия, Афганистан, Ирак, Украина — кто там развязал войны?

Никита:

–В любой борьбе потери неизбежны. И чем сильнее противник, тем больше жертв. Порошенко на Украине считается с потерями? Там есть четкая идея — построение национального государства, и она оправдывает все средства. Включая обстрелы собственного населения и бомбежки городов.

— А чем идеология большевизма отличается?

— Не вижу тут ничего общего. На Украине фашистская клика, которая совершила переворот и пришла к власти, защищает интересы олигархов, а большевики защищали интересы угнетенных.

Причем олигархов, прибравших к рукам все, что строили наши отцы и деды, — маленькая кучка, а угнетенных в Российской империи было 95% населения.

— А методы, которыми строилась советская власть, вас не смущают? Массовые расстрелы, ГУЛАГ?

— Революция наказывала тех, кто столетиями измывался над народом. Вспомним крепостное право, рекрутчину, голод в деревнях, непосильный труд на фабриках, подавление силой оружия любой попытки сопротивления рабочего класса. Поэтому нам чуждо морализаторство: ах, не дай бог кого–то расстреляют…

— Лес рубят — щепки летят?

— Есть статистика, что общее количество заключенных в советской России не превышало 1% от общего числа населения.

— Не знаю, что это за статистика, но я знаю, что у нас трудно найти семью, в которой бы кто–то из родственников не был репрессирован при Сталине…

— А почему вы считаете, что если 95 процентов мучаются под властью 5 процентов, это нормально, а если пропорция обратная — это плохо?

— Не верю я в ваши пропорции… Когда запущена репрессивная машина, она молотит, не разбирая. Мой дед, простой колхозник, отец пятерых детей, сгинул в лагерях. А уж к пяти процентам эксплуататоров он никак не относился…

— Без вины не сажали…

— Понятно.

Виталий, студент, грузчик:

— Нет хуже лицемерия, чем морализаторство по поводу великих социальных катастроф, как говорил Лев Давидович Троцкий. В царское время каждые два года от голода умирало полтора миллиона людей. А в большую засуху умирало намного больше.

Лично меня к социализму привели книги. Это была поначалу литература правого толка — Лимонов, Дугин. Но потом я склонился к левому флангу. Сразу скажу, что СССР я не рассматриваю в полной мере как социалистическое государство. Ибо там не было диктатуры пролетариата.

А 80–е годы — это уже горбачевщина. О социализме в эпоху перестройки вообще говорить не приходится.

— Вы уверены, что идея социализма себя не исчерпала?

Алексей:

— Сегодняшние социологические опросы в России показывают, что 90% населения социалистические идеи одобряют. В Латвии народ расколот, и здесь национализм вытеснил идеи классовой солидарности.

Максим, слесарь на заводе:

— Я в этой группе, наверное, самый старший. Еще застал в сознательном возрасте СССР, поэтому могу сравнивать. И вижу разницу между справедливым устройством советского общества и грабительским, несправедливым капиталистическим строем. Кучка буржуа поделила собственность народа и заставила нас всех продавать им за гроши свой труд. Теперь я вижу, что все, что нам рассказывали о капитализме и что мы воспринимали скептически, оказалось правдой.

Уверен, что революционный переход к новой формации — от капитализма к социализму, но уже на другом его этапе, неизбежен. То, что не было реализовано при СССР, должно быть воплощено на следующем историческом витке. Советский Союз погубил застой теоретической мысли и экономики. СССР разрушили оппортунисты и предатели в руководстве страны. Этого бы не случилось, если бы в 70–80–е против внутренних идеологических врагов применялись репрессии.

— Так они и применялись — против любого инакомыслия.

— В капиталистическом мире, если ты продвигаешь идеи, враждебные государству, тебя тоже посадят. Так делают и в Германии, и в Америке, и в Латвии. Пример тому и Ассанж, и Сноуден, и наш Алфред Петрович Рубикс. Свободы слова нет нигде. И чем больше глобализируется мир, тем ее меньше, как и независимости СМИ. Все и вся находятся под контролем тех или иных олигархических групп. Репрессивным аппаратом обладает любое государство. В Латвии есть полиция безопасности, SAB и прочие службы. И при малейшей угрозе правящему режиму этот аппарат будет задействован на полную мощь.

Алексей, разнорабочий, студент 4–го курса института:

— Я работал во многих коллективах и нахожу подтверждение правоты теории Маркса на собственном печальном опыте наемного работника. А сюда меня тянет, потому что здесь люди собираются образованные, думающие, близкие мне по духу, что в наше время редкость. И все, что я узнаю здесь, очень хорошо перекликается с тем, что я вижу вокруг. Вот моя мать бесплатно получила высшее образование, а я не могу до сих пор окончить институт по финансовым причинам. Мне нужно сделать магнитный резонанс, но это стоит 250 евро. То есть и медицина стала для нас недоступной. В таком обществе жить крайне дискомфортно. Ну и, конечно, я крайне негативно отношусь к фальсификации истории, которой нас пичкают уже 23 года. В общем, я здесь, потому что хочу думать своей головой и найти соратников, которые хотят того же.

Виктория, администратор:

— Я пришла сюда со своим другом. Хочу понять, что происходит вокруг. Телевизор я не смотрела, газет не читала, инстинктивно чувствуя, что правды я там не найду. А здесь я получаю ответы на свои вопросы, советы, какие книги читать. И увлеклась. Читаю Вилиса Лациса — не могу оторваться. Он прекрасно описывает жизнь рабочих в буржуазной Латвии.

— Ребята, вот вы говорите, что ваше окружение не разделяет ваших взглядов и вообще не интересуется политикой. И при этом надеетесь увлечь массы социалистическими идеями, поднять на борьбу с буржуазией…

Виталий:

— На самом деле все начинает организованное меньшинство, небольшие группы, а большинство потом подтягивается.

Пока наша программа–минимум — образование, наведение порядка в своих головах и в головах окружающих. Для меня разговоры о том, что нельзя убивать буржуев, — абсолютная чепуха. Когда на операционный стол ложится человек с раковой опухолью, ее вырезают.

— Мелкие предприниматели, собственники, владельцы лавочек, мастерских, фермеры — это ведь тоже буржуи, враги, по вашей классификации. Их как — тоже в расход?

— Мелким собственникам было бы логично присоединиться к той социальной программе, которую на первых порах может предлагать диктатура пролетариата. Но в то же время эпоха НЭП говорит о том, что мелкая буржуазия может быть врагом социализма и оказывать вооруженное сопротивление (Тамбовское восстание, Кронштадский мятеж). Во время Парижской коммуны мелкие буржуа встали на сторону пролетариата, а на Майдане вышли с лозунгами: «Слава Украине!», «Москаляку на гиляку!».

— Большевикам не удалось скрестить свободу частного предпринимательства с диктатурой пролетариата… Вы тоже не даете шанса частной инициативе?

— Да, она будет задушена.

— Как же вы тогда удовлетворите потребности населения? Плановая экономика с этой задачей не справилась…

— Вы печетесь о коммерсантах?

— Я хочу понять — какую вы предлагаете альтернативу?

Максим:

— Альтернатива социализму — третья мировая война. Кровь, которая может пролиться при установлении диктатуры труда, покажется пустяком по сравнению с той бойней, которую готова развязать диктатура капитала. Вот вам и вся альтернатива.

— Ну что ж, на этой «оптимистической» ноте закончим нашу дискуссию.

P. S. Назвать свои имена и сфотографироваться их члены марксистской группы не захотели: «Не хотим, чтобы Полиция безопасности начала нас прессовать».

***

«Курсистка»

Анна, курсистка, бестужевка, милый дружок,
Что вы киваете так отрешенно и гордо?
Видимо, вечером — снова в марксистский кружок
В платьице жертвенно–строгом, по самое горло?
Аннушка, вы не поверите, как я устал!
Снова тащиться за вами, голубушка, следом,
Снова при тусклой коптилке читать «Капитал»,
Будто не зная других развлечений по средам!
Дети дьячков, не стиравшие воротничков,
С тощими шеями, с гордостью чисто кретинской,
Снова посмотрят презрительно из–под очков
На дворянина, пришедшего вместе с курсисткой.
Что до меня — посвящение в ваши дела
Движется медленно, я и на том благодарен.
Верить ли сыну помещика из–под Орла?
Хоть и студент, и словесник, а все–таки барин!
Кто это злое безумие вам диктовал?
Аннушка, что вам тут делать, зачем среди них вы?
Прежде заладят: промышленность, рынок, товар…
После подпольно сипят про враждебные вихри…
Вследствие этого пенья сулят благодать…
Все же их головы заняты мыслью иною:
Ясно, что каждый бы вами хотел обладать,
Как в «Капитале» товар обладает ценою.
Сдавленным шепотом конспиративно орет
Главный поклонник Успенских, знаток Короленок:
«Бедный народ!» (Будто где–нибудь видел народ!)
После он всех призывает в какой–то застенок.
Свет керосинки едва озаряет бедлам.
Некий тщедушный оратор воинственней Марса:
Аннушка! Всю свою страсть безответную к вам
В поисках выхода он переносит на Маркса!
Сущий паноптикум, право. Гляди да дивись.
Впрочем, любимая, это ведь так по–российски —
То, что марксисты у нас обучают девиц,
Или, верней, что в политику лезут курсистки!
Душно мне в Питере, Аннушка. Давит гранит,
Геометрический город для горе–героев.
Ночью, бывало, коляска внизу прогремит,
И без того переменчивый сон мой расстроив, —
Думаешь, думаешь: что вы затеяли тут!
Это нелепо, но все ж предположим для смеха:
Что, если эти несчастные к власти придут?!
В стенах промозглых гранитное мечется эхо.
Аннушка, милая, я для того и завел
Всю эту речь, чтобы нынче, в ближайшее лето,
Вас пригласить на вакации съездить в Орел.
Аннушка, как мне отчетливо видится это —
Запах вечерней травы, полуденных полей,
Вкус настоящего хлеба, изюмного кваса!
Даже не ведаю, что в усадьбе милей:
Дедушкин сад или бабушкин томик «Жильбласа!»
В августе яблоки, груши, малина — горой!
Верите ль, некуда деть — отдаем за бесценок!
К вашим услугам — отличнейший погреб сырой,
Если вам так непременно охота в застенок!
Будете там запрещенные книжки читать,
Ибо в бездействии ум покрывается ржавью.
Каждую ночку я буду вас так угнетать,
Как и не снилось российскому самодержавью!..
…Боже, давно ли? Проснулся, курю в полумгле.
Дождь не проходит, стекло в серебристых потеках.
Что–то творится сейчас на российской земле?
Там–то не ведают, где ж разглядеть в Териоках!
Видимо, зря я тогда в эмпиреях парил.
Знаете сами, что я никудышный оратор.
Может быть, если бы вовремя уговорил,
Мне бы спасибо сказал Государь Император.

Дмитрий Быков.

Примечание: иллюстрация darbabalss.eu
Latvijā / Skatīts 752 / Piebilda lspr Reitings: 5 / 3
Copyright MyCorp © 2013. Uztaisi bezmaksas mājas lapu ar uCoz