Galvenie
25.04.2014
Некоторые последствия литовского законотворчества
Литовская Республика отличается от остальных прибалтийских государств тем, что в ее Уголовном кодексе есть специальная статья, согласно которой полагается штраф или заключение до двух лет за отрицание "советской оккупации Литвы".

Аналогичный закон пытались принять также в Латвии, однако на третьем чтении депутаты Сейма Латвии вдруг вспомнили, что существует международное законодательство по правам человека, в частности, документы Совета Европы и Европейского суда по правам человека. Поправки были отправлены на доработку, тем более, что они вызвали критику и негативное отношение, в том числе со стороны высокопоставленных латвийских чиновников. По всей видимости, "доработка" займет весьма продолжительное время, если вообще будет завершена.

А вот в Литве такой закон существует. Причем, если мы откроем имеющиеся в Интернете тексты Уголовного кодекса Литовской Республики, то мы увидим поразительный момент. Дело в том, что ни по-русски, ни по-английски формулировки этой статьи (статья 170*2) нет. Русская версия УК Литвы в базовой версии 2000 года, без последующих поправок, английская версия, которая имеется на официальном сайте Сейма Литвы, имеет статью 170*1, но не имеет статьи 170*2. Этот закон есть только на литовском языке. Поправка в УК Литвы принята 15 июня 2010 года.

Статья эта сформулирована очень хитро и обтекаемо. Эта дополнительная статья включена в статью 170 УК Литвы, в которой говорится о наказании за возбуждение вражды против лиц из-за их принадлежности к какой-либо группе по национальному, религиозному, сексуальному и т.п. признакам. Потом, в июле 2009 года, добавили статью 170*1 за создание групп, преследующих цели дискриминации или возбуждения вражды против каких-либо групп. Формально, и статья 170*2 тоже устанавливает наказание за отрицание геноцида, военных преступлений или преступлений против человечности, эта мера проводилась в странах Евросоюза в порядке противодействия ревизионистам, отрицающим геноцид евреев в годы Второй мировой войны.

Но тут Сейм Литвы добавил в список после геноцида, военных преступлений и преступлений против человечности еще и агрессию СССР и Германии против Литовской Республики, геноцида против жителей Литовской Республики, а также преступлений и агрессии против Литовской Республики в 1990-1991 годах. В тексте статьи нигде не упоминается слово "оккупация", а только "агрессия", и понимать это можно сколь угодно широко. Чтобы уловка не раскрылась, текст закона был опубликован только по-литовски - вероятнее всего, в расчете на то, что формулировка так не будет найдена какими-нибудь настырными юристами из России или из Европы.

Статья была применена в известном деле против лидера Социалистического народного фронта Альгирдаса Палецкиса, который в ноябре 2010 года заявил, что во время событий в Вильнюсе в январе 1991 года свои стреляли в своих, то есть была провокация со стороны Саюдиса, чтобы обострить ситуацию и вызвать уход Советской армии из Литвы. На суде, где слушалось дело Палецкиса, были заслушаны свидетели, и там бывший координатор Саюдиса Болеслав Билота прямо заявил, что было принято решение о провокации и она была осуществлена. Впрочем, несмотря на показания свидетелей в пользу правоты Палецкиса, дело это было еще долгим и дошло до Верховного Суда Литвы. Этот суд 22 января 2013 года оставил без изменения приговор, по которому Палецкис должен был выплатить штраф. Заодно Палецкиса лишили ордена "За заслуги перед Литвой".

Суд возымел определенный эффект, породивший реакцию России и недовольство в Литве, и благодаря этому шумному процессу шило вылезло из мешка, и эта статья стала известна широкой общественности.

Несмотря на то, что статья "заточена" против тех, кто имеет свое мнение по поводу событий в Литве в 1990-1991 годах, тем не менее она явно имеет потенциал и в области ревизии итогов Второй мировой войны, поскольку в Литве события 1939 года очень часто называют "агрессией", а включение Литвы в состав СССР называется "оккупацией". И не только называют, но и даже официально определяют. Собственно, Литва, также как и Латвия, собиралась выставить счет России за "советскую оккупацию". В январе 2007 года, под очередную годовщину событий в Вильнюсе, Сейм Литвы призвал Россию начать консультации по возмещению ущерба от "советской оккупации", который специальная правительственная комиссия оценила в 80 млрд. лит. В 2012 году была создана вторая правительственная комиссия, во главе с генеральным директором Центра исследования геноцида и сопротивления жителей Литвы Бируте Бураускайте, однако дальше подтверждения первоначальной суммы дело не пошло.

Создание второй комиссии и возобновление разговорчиков на тему компенсаций, как отмечалось в прессе, явно имели предвыборный характер, ну и, конечно, возбуждали некоторые надежды на экономические, ну или хотя бы политические уступки России. Но тут для литовцев получился сюрприз. "Лента.ру" 29 июня 2012 года организована ответы главы комиссии на вопросы читателей. Тут-то литовцам все и припомнили.

Очень часто задавался вопрос о том, как тогда быть со статусом Виленского и Мемельского края. Обе территории вошли в состав Литвы при самой активной советской помощи. Виленский край - в октябре 1939 года после падения Польши, по соглашению между СССР и Литвой. Мемельский край до 1923 года был частью Восточной Пруссии, потом до 1939 года - был в Литве, в 1939-1945 - снова в составе Германии, а по Потсдамским соглашениям Восточная Пруссия была частично передана СССР, и тогда Мемельский край был присоединен к ЛитССР. Если СССР "совершил агрессию" против Литвы, то тогда каков статус этих территорий, и не пора ли Литве вернуть их прежним владельцам. Сначала Бураускайте отмалчивалась, а потом заявила, что обе территории были литовскими и останутся в Литве.

Пока принадлежность этих территорий определялась международными соглашениями о границах, подписанных Советский Союзам на Потсдамской конференции, а потом закрепленных в Хельсинском заключительном акте 1975 года, а также внутренними законами СССР, ни у кого вопросов таких не возникало. Законы СССР при распаде Советского Союза послужили основанием для определения границ новых государств, которые потом могли уточняться двухсторонними соглашениями. Но Литовская Республика своими решениями по поводу "советской агрессии" и "советской оккупации", подорвала легитимность нахождения в составе Литвы Виленского и Мемельского краев. Как-то вот литовское руководство не продумало свои решения: им хотелось ревизовать итоги Второй мировой войны в свою пользу, и выставить себя правопреемником межвоенной Литовской Республики, но вот оказалось, что в этом деле есть своя подоплека дурно пахнущего свойства.

Вопреки мнению Бируте Бураускайте, Мемельский край и сам Мемель (ныне Клайпеда) не были территорией Литвы до 1923 года. Это была часть Восточной Пруссии, которая после поражения Германии, была передана под управление стран Антанты. Население Мемельского края в 1922 году на референдуме высказалось за предоставление статуса "вольного города", такого же, как имел Данциг. Однако, литовцы в начале 1923 года инспирировали восстание, в ходе которого и захватили Мемель и прилегающие районы. Антанта потребовала вернуть город под управление Верховного комиссара Антанты, что и было сделано.

В феврале 1923 года Антанта решила передать Мемельский край Литве при условиях: автономии (обещанной Учредительным Сеймом Литвы в ноябре 1921 года), свободы транзита, определения статуса автономии специальной конвенцией, равноправие немецкого и литовского языков и так далее. 8 января 1924 года был подписан Мемельский статут, оформлявший передачу и условия. Литовское правительство тут же нарушило свои обещания. Вместо языкового равноправия, насаждался литовский язык, в 1926 году после переворота Антанас Сметона ввел в Мемельском крае военное положение, распутил парламент, запретил немецкие партии. Если в Литве советскую власть называют "оккупацией", то как назвать то, что делала Литовская Республика, правопреемником которой является нынешняя Литва, в Мемельском крае в 1924-1938 годах?

Далее, Виленский край обычно считают оккупированной Польшей в 1920 году. С одной стороны, это, конечно, так. В октябре 1920 года польский генерал Люциан Желиговский двинул войска на Вильну, имитируя неподчинение. Ядром этого воинства были части польской 1-й Литовско-Белорусской дивизии, составленной из уроженцев Виленского края, поляков, литовцев и белорусов. Солдаты заняли Вильну, а Желиговский заявил, что принял командование над солдатами, которые отказались подчиняться своему командованию и учредил 12 октября 1920 года непризнанное государство - Срединную Литву.

Литовское правительство попыталось было сломить это "само собой возникшее" государство, но в силу вмешательства Лиги Наций было заключено перемирие, а потом была установлена разграничительная линия между Литвой и Срединной Литвой. Большинство населения Срединной Литвы составляли поляки (370 тысяч из около 500 тысяч человек населения). В январе 1922 года состоялись выборы Виленского Сейма, в котором были сторонники не только воссоединения с Польшей, но и сторонники автономии в составе Польше, федерации с Польшей, даже сторонники федерации с Литвой. 20 февраля 1922 года Виленский Сейм проголосовал за безоговорочное вступление в состав Польши.

Итак, присоединение Виленского края к Польше было более или менее добровольным и демократичным, насколько это было возможно в те времена, признававшие только грубую силу в качестве аргумента. И с какой это стати Вильно - только литовский город? Вильно столетиями был родным и важным городом и для поляков, и для евреев.

Раз литовцы отказались от того, как СССР рассудил принадлежность Виленского края, раз они заговорили об "агрессии", "оккупации" и компенсациях, да еще и о "литовской земле", то стоит поворошить историю о том, как Вильно стал литовским. Общеизвестно, что Виленский край снова оказался в составе Литвы в октябре 1939 года, после крушения Польши, согласно советско-литовскому договору, заключенному правительством, чьим правопреемником признает себя нынешняя Литовская Республика. Признайте тогда уж, что вы правопреемники тех, кто заключал соглашения с "агрессорами", и даже получал от "агрессоров" территории, весьма немаленькие!

Конечно, это был серьезный просчет советской политики - возвращать Виленский край Литве, в которой правило правительство Сметоны. За те несколько месяцев, с октября 1939 по июль 1940 года, когда это правительство наводило свои порядки в Вильно и прилегающем крае, оно сумело там себя проявить с самой негативной стороны. Сразу же после передачи города от советских войск литовскому правительству, произошел грандиозный погром, в котором избивались евреи и вообще все сочувствующие советской власти. Из 250 тысяч жителей города только 30 тысяч человек получили гражданство, везде был введен литовский язык, на нем говорили в официальных учреждениях, и он насаждался в школах.

Прекрасная картина выходит, не так ли? Литва не только получила Виленский край из рук, как теперь говорят в Литве, "агрессора" и это запрещено отрицать под угрозой тюрьмы, но и еще несколько месяцев насаждала там жесткий режим национальной и языковой дискриминации. Хорошо, пусть литовскими законами запрещено отрицать "агрессию СССР". Но тогда нельзя отрицать, что Литва была соучастником и выгодоприобретелем от этой агрессии, причем дважды: в 1939 и в 1945 годах.

Вильно, как уже говорилось, был одним из центров еврейской общины. Перед войной в Литве проживало 160 тысяч евреев, в Вильно - 60 тысяч. К 1941 году их численность поднялась до 225-265 тысяч человек по разным оценкам. Литовские националисты устроили первое массовое убийство евреев 24 июня, на третий день войны и на второй день после провозглашения "Декларации о восстановлении независимости" (Сейм признал декларацию правовым актом 12 сентября 2000 года), а массовый погром в Каунасе произошел 25-29 июня. "Литовский народ, измученный жестоким большевистским террором, решил строить свое будущее на основах национального единства и социальной справедливости", - говорилось в "Декларации о восстановлении независимости". И на другой день показали, какая будет эта справедливость и на чьей крови построится национальное единство.

Ликвидация литовской независимости в 1941 году состоялась только 25 июля 1941 года, когда был образован рейхскомиссариат Остланд. Это означает, что за все убийства евреев, произошедшие в период с 23 июня по 25 июля 1941 года несет Временное правительство Литвы (ВПЛ). Сейм нынешней Литовской Республики признал его законным правительством, а его решения - правовыми актами. Стало быть, и граждане Литвы ему подчинялись в правовом отношении, но ВПЛ им не препятствовало в актах убийств. А их было немало: расстрел в Гаргждай, погром в Каунасе и расстрел в Каунасской крепости, начало расправ в Понарах.

Последний расстрел совершался официальными лицами: по приказу коменданта Каунаса подполковника Юргиса Бобелиса был создан 1-й литовский батальон, который убивал евреев в фортах Каунасской крепости. Это потом уже немцы подчинили этих палачей своим приказам. И нечего сейчас все валить на немцев, как делает та же Бируте Бураускайте, заявившая в ответах, что вину за Холокост несет Германия. Нет, порядка 10 тысяч еврейских жизней на совести литовцев, которые взялись уничтожать евреев по собственной инициативе еще до того, как этим занялись немецкие нацисты. Через цепочку правопреемственности, ответственность за эти убийства евреев ложится на нынешнюю Литовскую Республику.

Сейм Литвы ведь признал акты и решения ВПЛ 1941 года, стало быть, принял и ответственность за все, что делалось тогда под литовской юрисдикцией. Никто депутатов Сейма Литвы за язык не тянул и под локоть не толкал принимать такое решение, могли бы и не признать и никто бы их осуждать не стал. Но раз признали, то и отвечайте. Ну как, госпожа Бураускайте, не пора ли подсчитать сумму компенсаций, которые Литва должна выплатить потомкам тех евреев, которых убили подчиненные подполковника Бобелиса? И не пора ли покаяться за методы "литовизации" Вильно?

Интересные результаты получаются, если принимать литовскую трактовку событий. Литва этой трактовкой превращается в соучастника агрессии и геноцида, и это нельзя отрицать, согласно литовским же законам. И что тогда делать несчастной Литве? Каяться и платить, платить и каяться. Можно еще рассмотреть вопрос о возврате Виленского и Мемельского краев по принадлежности. Мемельский край, как бывшая часть Восточной Пруссии, должна быть возвращена России, а Виленский край, поскольку было решение Виленского Сейма о присоединении к Польше, должен быть возвращен Польше. Правительство Литвы должно оставить все свои здания, квартиры, дачи и особняки, и снова перебраться в Каунас, как и было во времена столь обожаемой ими межвоенной Литовской Республики.

Этой темы и не возникло бы, если бы литовские политики понимали бы, что небезопасное это дело - заниматься пересмотром итогов Второй мировой войны и подпиливанием устоев существующего миропорядка. Все же у его создателей было достаточно ума и мудрости, чтобы прописать порядок, исключающий возникновение вала взаимных претензий, исторический обид и страстного стремления к этническим чисткам.

Тут достаточно только потянуть ниточку, чтобы вытянуть целую цепочку крайне неприятных последствий. Например таких, что Литва может внезапно стать страной, ответственной за Холокост со всеми соответствующими материальными и моральными потерями. Надо ли такое? Думается, что не надо.

Тогда может быть стоит исключить статью 170*2 из Уголовного кодекса Литвы? Тем более, что статьи 170 и 170*1 и так охватывают все то, что действительно нужно преследовать по закону в области недопущения дискриминации.

Дмитрий Верхотуров,

специально для BaltijaLV.LV
Fašisms / Nacisms / Skatīts 601 / Piebilda lspr Reitings: 5 / 1
Copyright MyCorp © 2013. Uztaisi bezmaksas mājas lapu ar uCoz